Екатерина Гордеева и Сергей Гриньков - www.gordeeva.ru Екатерина Гордеева и Сергей Гриньков - www.gordeeva.ru
Екатерина Гордеева и Сергей Гриньков - www.gordeeva.ru
Екатерина Гордеева и Сергей Гриньков - www.gordeeva.ru
пресса

Источник: Журнал "Московский фигурист ", № 4(12) 2008 год
Автор: Светлана Анцырева

Елена Водорезова
Для меня он был в первую очередь тренер. В некотором смысле, он создал меня, сделал такой, какая я есть. Благодаря ему я стала спортсменкой, которую узнал мир, за что я очень ему благодарна. Мне было очень приятно услышать от Татьяны Анатольевны Тарасовой, что я работаю, как Жук. Часто вспоминаю Станислава Алексеевича. Вспоминаю моменты, когда обижалась на него. Сейчас, уже будучи тренером, понимаю, что он всё делал правильно. Когда мы взрослели, то начинал к нам более прислушиваться и относился к нам как к коллегам. Я рассталась с ним хорошо. Мы друг друга понимали. Когда я заболела, первый человек, который меня поддержал, это был Станислав Алексеевич. Он был великий, гениальный тренер. В то же время человек был непростой, даже сложный, причём не столько для спортсменов, сколько для руководства клуба. Всегда он воевал. В его работе было много фанатизма, и эта безоглядная любовь и преданность фигурному катанию передавалась и нам, спортсменам. Мне кажется, что его результаты говорили сами за себя. У Жука не было средних спортсменов – только выдающиеся, в нашей стране и за рубежом их знали все. Сейчас мы в ЦСКА стараемся добиваться таких же результатов.
Он был гениальным тренером и опережал своё время. К сожалению, люди слишком часто не ценят как должно человека, пока он жив. В его последние годы, наверное, надо было больше уделять внимания. Только потом мы об этом вспомнили и пожалели, что не делали того, что могли бы...

Eкатерина Гордеева
Для меня Станислав Жук – всегда самый главный тренер ЦСКА. Человек, с чьим именем связана целая эпоха, как мне кажется, именно в парном катании. Он был одним из самых сильных тренеров, знал технические стороны парного катания лучше всех. Естественно, у него были свои подходы к подготовке спортсменов, своя система и методика. Я у него прозанималась около двух лет. Я помню, что нужно было прийти обязательно за 45 минут до льда и размяться, потом на каток без всяких опозданий. Не могло быть никаких пререканий, не могло ничего болеть, не могло быть хорошего или плохого настроения. Дисциплина была железная. Все, естественно, немножечко боялись Станислава Алексеевича, но любили. Очень большое внимание Жук уделял работе вне льда. Мы бесконечно занимались ОФП, делали миллион поддержек. Он рассказывал, что, в его время много работали на полу, потому что не было достаточно льда. Жук был уверен, что на полу можно натренировать абсолютно всё, и на льду потом будет много легче, особенно в парном катании. До малейших деталей в зале мы разбирали все поддержки, выбросы, подкрутки… К соревнованиям мы готовились очень тщательно Бывало у нас по два проката произвольной почти подряд. Накатывали программы со специальными накладками весом 1-2 килограмма. Временами казалось, что тренировкам не будет предела. Но зато когда мы выходили на старт, было такое ощущение, что можно полностью выключать голову, а твоё тело всё сделает как надо. Суровый характер был у Жука, мог и прикрикнуть. Но его любили и понимали, что он просто такой человек и желает спортсмену самого лучшего. Со Станиславом Алексеевичем мы выиграли наш первый чемпионат мира в 1986 году в Женеве. Такие тренеры неповторимы. Будут вырастать другие специалисты, но таких, как он, уже не будет никогда. Жук создал школу парного катания ЦСКА, которая славилась на весь мир. Сейчас всё это, увы, утрачено, никто не смог продолжить дело Станислава Алексеевича. Мне, как воспитаннице ЦСКА, это особенно обидно.

Александр Горелик
Когда я перешёл к Станиславу Алексеевичу, его только-только пригласили работать в ЦСКА, и он набирал группу. Первыми учениками были Лена Щеглова, Галя Гржибовская, Ира Роднина ещё совсем маленькая одна каталась. Тренировались мы в очень жёстких условиях: первая тренировка начиналась в 7 утра, вторая – 21:45. Это сейчас в ЦСКА построили отдельный каток для фигуристов, и команда мастеров тренируется в самое удобное время, а тогда лёд был на вес золота. Только вот получается, что условия есть – а результатов нет. Вот такой парадокс. Работали мы на износ, много времени проводили в зале. Жук давал своим спортсменам много самостоятельной работы. Например, задавал нам самим придумать какие-то куски программ за определённый срок. Потом все вместе разбирали, он объяснял, что можно оставить, а что нет и почему. На льду Станислав Алексеевич всегда работал в коньках. А сейчас что происходит? Я сам был тому свидетелем: тренеры стоят у бортика и кричат своим детям: «Прыгай выше! Толкайся сильнее!» Разве так можно работать? Стань на коньки, выйди на лёд и объясни, как прыгнуть выше и за счёт чего можно толкнуться сильнее…
Жук 40 лет назад предъявлял к своим спортсменам и их подготовке такие требования, которые даже сейчас далеко не все смогут выполнить. Именно Жук впервые исполнил поддержку одной рукой. В то время это считалось слишком опасным - их штрафовали за акробатические элементы, снимали баллы, наказывали. А буквально через год оказывалось, что все пары включили в свои программы такие поддержки. Жук всегда опережал своё время.
Спустя 9 месяцев после создания нашей пары мы отобрались в сборную команду страны и стали бронзовыми призёрами на дебютном чемпионате Европы. На свой первый чемпионат мира в Колорадо мы с Таней Жук ездили без Станислава Алексеевича. В то время в составе сборной команды на соревнования выезжали только тренеры первой пары. Жук по минутам расписал нам каждый день пребывания в Америке. Что мы должны делать на тренировках, на отдыхе, перед соревнованием. Очень дотошный был человек. Каждое соревнование он снимал на видео. Перед чемпионатом мира он дал мне свою личную видеокамеру, чтобы я снимал выступления фигуристов в Колорадо. Я так её берёг, что даже медаль свою в самолёте забыл! Камеру повесил на шею, а медаль положил в карман сиденья, да там и оставил. Так она до сих пор и летает где-то.
Уже прошло 10 лет. За это время изменилось фигурное катание, прервалась преемственность поколений, множество наших специалистов уехало за рубеж, молодые спортсмены больше не торопятся становиться тренерами, почти прекратила своё существование московская школа парного катания, когда-то гремевшая на весь мир.
Говорят, что незаменимых нет. Есть! Никто никогда не заменит Станислава Алексеевича Жука. Его боялись, но уважали и любили, как строгого учителя в школе. Великий стратег и тактик фигурного катания, выдающийся тренер и педагог.

Валерий Мешков
В наше время сезон начинался примерно в начале ноября, когда в Москву приходили первые холода, а весной в начале апреля мы переезжали тренироваться в Свердловск или Мурманск – туда, где ещё была зима. Фактически ледовый сезон длился 6 месяцев. Это потом уже построили СЮП, Сокольники и Лужники, а до 1955 года у нас искусственных катков не было. Мы должны были как-то компенсировать отсутствие ледовых тренировок. Станислав Алексеевич учил нас очень важной вещи, которая сейчас практически утрачена, - скользить, кататься. Вы не представляете, сколько мы скользили под метроном перебежками назад, вперёд. Возьмите всех фигуристов, которые тренировались у Жука – они все умеют скользить и чувствовать лёд. Для занятий в зале мы использовали специальные ботинки со свинцовой подошвой, весом с конёк. В них я занимался ОФП, учил прыжки, бегал кроссы. Жук точно знал, как добиться той или иной цели. Не кричал из-за бортика: «Прыгай выше, толкайся сильнее!», а по существу подходил к проблеме. Он приглашал нам тренеров по прыжкам в высоту, и мы выполняли специфические упражнения, чтоб выше прыгать. Много занимались на батуте. Чтобы катать школу след в след, для чего необходимо прекрасно чувствовать баланс, на помощь приходила спортивная гимнастика и упражнения на бревне. Мы вставали на бревно и делали все те движения, что должны были выполнять при прохождении фигуры: все скобки и повороты.
Станислав Жук научил меня жизни, заставил меня работать. Тренер должен быть ненормальным, одержимым своим делом, «спортивным маньяком». Жук учил нас работать и бороться, любить жизнь именно за её суровость. То, что легко даётся – меньше ценишь. Он учил нас искать трудности и преодолевать их, а не бежать прочь. Все ученики Станислава Алексеевича стали надёжными, закалёнными людьми.

Валентин Писеев
Имя Станислава Жука стоит в одном ряду с величайшими тренерами нашего века, такими как Анатолий Тарасов в хоккее, как Александр Гомельский в баскетболе. Станислав Жук – тренер чемпионов мира, Европы, Олимпийских игр. Великий тренер XX столетия. Он сделал огромный вклад в развитие не только отечественного, но и мирового фигурного катания. Столько, сколько сделал Жук, я думаю, мало, кто сделал. Он действительно неординарный тренер и человек. Работал он 24 часа в сутки. Я помню, как он звонил мне в час ночи и рассказывал о том, какой элемент, какую комбинацию он придумал. Его девизом всегда были слова: «Пусть синим всё горит огнём – медали Родине даём». Это был девиз его работы и его жизни. Он действительно много сделал для подготовки тренерских кадров. Те семинары, которые он проводил, запомнились многим нашим тренерам, которые работают в такое непростое для нашего фигурного катания время. Ту таблицу оценки сложности элементов, которую он придумал, взяли за основу для сегодняшнего судейства. Я хочу сказать о Жуке как о человеке. Он был очень простой, очень доступный человек, никогда не кичился своей славой, не приписывал себе ничего более того, чем заслуживал. Это великий тренер, великий человек, выдающаяся личность. Я думаю, что Жук – это лучший тренер XX века в мировом фигурном катании.

Татьяна Тарасова
Не часто так чествуют и вспоминают тех, кто стоял у истоков. А Стас был первый. Он первый выигрывал чемпионаты, и это у меня осталось в памяти. Он первый исполнял поддержки на одной руке. Он делал то, что делают сегодня, и то не всегда очень удачно. Жук четверные прыжки ввёл ещё в прошлом веке. Он заложил колоссальную базу, на которой стояло всё фигурное катание. Это была настоящая глыба. Такие люди рождаются, к сожалению, редко. Самое большое его достоинство, на мой взгляд, – он был реформатор. Фанатичный человек. А вообще, добрый очень человек. Настоящий человек. Жук оставил после себя целую плеяду людей, которые его помнят и любят. Я счастлива, что бываю в школе ЦСКА, я счастлива видеть его любимую воспитанницу - Елену Водорезову в работе. Она работает, как Жук: также берёт маленьких детей, ведёт их и делает из них чемпионов. Его систему Лена проводит в ЦСКА. Это самое большое достоинство человека, который после себя так много оставил, чему-то научил, вдохнул жизнь в эти стены. И счастливые те люди, которые сюда приходят и учатся. Здесь Стас всегда. Это настоящее место, где его помнят, любят, ценят и пользуются его знаниями. Ему хочу сказать спасибо огромное, поклон земной, потому что Стас – гигант тренер. И мне посчастливилось с ним в одно время работать. Этот человек абсолютно заслуженно стоит в ряду выдающихся людей нашего времени!

Елена Тараненко
Для меня Станислав Жук – легенда фигурного катания и спорта вообще. Тренер с потрясающим опытом, попасть к нему - это было всё равно, что покорить вершину. Мне было 11 лет, когда он отобрал меня к себе в группу. Это был страх и ужас: я буду тренироваться у самого Жука! Станислав Алексеевич внушал мне трепет, он был очень суровым человеком. Постоять у бортика, отдохнуть, похалтурить не позволял вообще. Зато с ним я в первый же год отобралась на взрослый чемпионат СССР, где заняла 6 место. В 13 лет стала мастером спорта СССР. Работа на льду и в зале велась очень интенсивно по многу часов в день. Помимо элементов и программ, мы отдельно по три часа выкатывали школу.
Каждую тренировку Жук досконально планировал. Всё было расписано по минутам. Кто, что должен делать, как, сколько раз, в какой последовательности. Все ученики в группе вели дневники, где подробнейшим образом описывали все свои действия. Станислав Алексеевич знал о своих детях всё: для каждого индивидуально определял, какую нагрузку, когда давать; как катать программы – целиком, пополам или макет. А ведь нас было много, все разных возрастов, выступающие в разных видах. Как он умудрялся всё удерживать в голове, не знаю. Огромное значение Станислав Алексеевич придавал ОФП. Каждый день мы делали что-то новое: по нескольку подходов, на время, с утяжелителями, а он всегда стоял рядом с секундомером и следил, чтобы каждый точно исполнил запланированное им задание.
Жук был прекрасный стратег и тактик, к старту он подводил так, что ты был готов на 100, 200%! За своих учеников всегда стоял горой. Если не дай Бог кого-то засудили – сразу бежал разбираться и не боялся говорить, что думает, высшему начальству.
Несмотря на внешнюю суровость и строгость, Станислав Алексеевич был очень заботливым тренером. Мы все были его дети. Обязательно проверял, все ли легли спать в тихий час, все ли сходили в баню, сделали ли массаж… Перед тренировками всегда смотрел, как залили площадку и даже заставлял переделывать, если видел, что у бортиков уровень льда был повыше, чем в центре. Перед соревнованиями сам точил всем коньки, да так, что было в самый раз! Таких как он сейчас больше нет…